Террасная доска работает в самых тяжёлых условиях, какие бывают у дерева: дождь, снег, ультрафиолет и десяток переходов через ноль за зиму. От породы зависит не столько внешний вид, сколько то, через сколько лет настил придётся перебирать. Разберём два варианта, между которыми обычно и выбирают.

Стойкость к влаге

Главное отличие – природная защищённость. Лиственница содержит камедь и смолы, которые работают как встроенный антисептик: доска не гниёт даже в постоянном контакте с водой. На этом свойстве стоят сваи в Венеции – их не меняли пятьсот лет.

Сосна мягче и гигроскопичнее: она набирает влагу быстрее и отдаёт медленнее. Без пропитки антисептиком открытый настил из сосны начинает темнеть и подгнивать на третий-четвёртый сезон, особенно в местах, где вода застаивается – у стены и в торцах.

Если настил открыт осадкам – берите лиственницу. Сосна выигрывает в цене, но потребует обновления покрытия каждые два года.

Цена и срок службы

Сосновая террасная доска дешевле примерно вдвое. При регулярном уходе – раз в два года шлифовка и масло – она отслужит 7–10 лет. Лиственница дороже, но спокойно выдерживает 20+ сезонов и со временем патинируется в благородный серебристо-серый.

Считать стоит не цену за квадрат, а цену за год службы. При 1 290 ₽/м² и 20 годах лиственница обходится в 65 ₽ за м² в год, сосна при 590 ₽/м² и 8 годах – в 74 ₽, и это без учёта масла и работы.

Когда что брать

Сосна подойдёт, если

  • Терраса под навесом и прямых осадков почти нет.
  • Бюджет ограничен, а ухаживать за настилом вы готовы.
  • Строение сезонное или временное.

Лиственница нужна, если

  • Настил открыт дождю и снегу – терраса, причал, дорожка.
  • Хочется забыть о ремонте на десятилетия.
  • Важна твёрдость поверхности: лиственница почти не продавливается ножками мебели.

Короткий вывод

Открытая терраса – лиственница, вельвет или гладкий профиль 27×140. Терраса под крышей и ограниченный бюджет – сосна камерной сушки с хорошей пропиткой. Промежуточных вариантов на практике мало: полумеры на улице живут ровно до первой зимы.